«Мама, я убью тебя»: как документальное кино помогает изменить жизнь в России.

«Мама, я убью тебя»: как документальное кино помогает изменить жизнь в России

ЛЮДИ 

Елена Погребижская, ранее известная как лидер группы Butch, теперь снимает пронзительное социальное кино. Две недели назад она выложила в сеть фильм «Мама, я убью тебя» о коррекционном интернате, после чего детские дома стали проверять по всей стране. «Город» поговорил с Погребижской.

  • Как вы начали заниматься документальным кино?
  • Вообще-то по образованию я журналист, и стаж соответстсвующий есть. У меня была в полном разгаре рок-н-ролльная карьера: диски, концерты. В 2007 году мой тогдашний директор Оля предложила снять кино про Иру Богушевскую, Свету Сурганову и Аню Герасимову (Умку). Называлось оно как моя песня — «Все равно я встану». Сняли, смонтировали и отнесли диск в несколько мест. «Замечательное кино. Давайте мы покажем», — сказали нам на РЕН ТВ и даже прилично заплатили. У фильма был очень высокий рейтинг, и они немедленно предложили снять что-нибудь еще. И я предложила фильм про человека, который вел блог на русском сайте BBC. Этот блог был у меня стартовой страницей. Автор — поэт Игорь Алексеев — жил в каком-то провинциальном городе и описывал свою жизнь: он болел раком и рассказывал, как с этим жить и бороться. Мы очень хотели помочь главному герою, рассчитывали, что с помощью кино соберем денег на лекарства. Пока мы монтировали, Игорь умер, и помочь ему мы не смогли. Он был редкий человек: очень откровенно обо всем говорил, не пытаясь представить себя в лучшем свете. Лепил правду-матку. На удивление у этого фильма («Продавец крови». — Прим. ред.) опять был какой-то нечеловеческий рейтинг. Рентивишники послали его на конкурсы, а он и выиграл «ТЭФИ».
  • А вы ждали этого?
  • Да нет, мы же сами ничего никуда не отправляли. Для меня это была такая побочная деятельность на фоне гастролей и студий. Они сказали: «Какое еще кино снимешь?» Я говорю: «В этом фильме один герой умер, а в следующем все умрут. Потому что женщина, о которой я хочу снять фильм, только с такими и работает: ее зовут Елизавета Глинка». Так получился фильм «Доктор Лиза». В общем, так музыкальная карьера сменилась на документалистику, и теперь я не музыкант, а режиссер. Я не занимаюсь музыкой совсем — не пою, не пишу, концертов не даю и на все предложения отвечаю отказом.
  • Новый фильм «Мама, я убью тебя» РЕН ТВ уже не предлагало показать?
  • Нет. Его вообще никто не предлагал показать, кроме каналов «Мать и дитя» и 24_DOC. Я сознательно не прикладываю усилий, чтобы склонить телеканалы взять мое кино. Мне жалко времени и сил, да и не хочется выступать в роли просителя, который откуда-то снизу просит обратить на себя внимание. Тем более я знаю, что фильм отличный. В России это устроено так: нужно истоптать много пар железных сапог, изглодать каменные караваи, чтобы на тебя просто обратили внимание. Я не хочу так. Фильмом «Мама, я убью тебя» два канала сами заинтересовались. Кроме того, скорее всего, мы его покажем на одном крупном европейском телеканале, а также на Украине. Правда, сейчас я не верю в монополию телевидения. Неделю назад мы повесили кино в открытом доступе. Там нечеловеческое количество просмотров — только у меня на странице «ВКонтакте» их 5000. Я думаю, за неделю кино посмотрели порядка 50000 человек — точно не меньше.
  • Что сейчас творится в интернате, про который снят фильм? Какие-то шапки полетели?
  • Уволили директора. Но надо понимать, что официально это никак не связано с фильмом.
  • А неофициально?
  • Неофициально — конечно. Например, в районе есть одна психиатрическая больница, к которой относятся 10 или 15 коррекционных детских домов. Но только из двух интернатов директора посылали детей в психушку за плохое поведение. Остальные понимали, что не надо это делать, хотя закон это вроде бы допускает. В общем, директора уволили, и меня это не расстроило.
  • У себя в «Живом журнале» вы пишете, что после фильма многие захотели усыновить кого-то из героев.
  • Усыновление — очень непростой шаг. Влюбиться в ребенка по кино, а потом его немедленно взять… Лучше бы этого не делать. Человек получит у себя дома подростка — и подростка очень сложного. Не зная, что c ним делать, он вернет его назад. Они меня спрашивают, как усыновить. Это несерьзно: ребята, если вы хотите усыновить, изучите вопрос. Почему вы у меня об этом спрашиваете? Так что пока это только эмоциональные выплески.
  • А кроме увольнения директора в той самой Колычевской школе-интернате после выхода фильма что-то изменилось?
  • В интернат приезжали члены комиссии при Голодец (Ольга Голодец — вице-премьер правительства, занимается социальной сферой, выступала против так называемого закона Димы Яковлева. — Прим.ред.). Как это ни удивительно, они спросили, хочу ли я поехать с ними, хотя на тот момент для работников интерната и даже для большой части детей я была врагом номер один. Мы приехали: там все было наводнено чиновниками и шли показательные уроки.
  • Те же самые уроки по учебнику 4 класса для 15-летних детей?
  • Ну да. Я думаю, единственное, что может измениться, это то, что он станет не таким закрытым. Судя по всему, будут дни открытых дверей, будут приезжать студенты пединститута из Коломны. Да и герои скоро оттуда выйдут — им уже 16.
  • Как вы с ними встретились после того, как стали, по вашим словам, врагом номер один?
  • Теперь у них другое отношение: дети почувствовали себя кинозвездами. Один из героев фильма, который говорил только гадости — мне, обо мне, про кино и т.д., — теперь заливает фильм себе в телефон и рассказывает, что он главный герой. Их там накручивали педагоги и воспитатели: все плохо, сняли директора, начались проверки, и будет еще хуже. Но после проверок — когда на детскую площадку приземлялся вертолет губернатора Московской области, по интернату бегали люди с собаками, приезжали вице-премьер Голодец и министр образования — началась какая-то новая жизнь. Теперь они — парни и девчонки из кино, которое видели их родственники, их знакомые. Это другая реальность.
  • Хорошо, директора сняли. А психотерапевт, для которого самое сложное — бумажки перекладывать, работает?
  • Работает. Похудел, правда.
  • А воспитатели, которые при детях обсуждают, как папа убил маму?
  • Работают — куда они денутся. Я не верю, что они совершают трудовой подвиг и что у них нищенские зарплаты. Иначе они бы там не работали по сорок лет. У них масса разных льгот, очень терпимый рабочий день, большие отпуска и адекватные зарплаты. У ворот стоят нормальные машины.
  • В российских интернатах, на первый взгляд, не все так плохо — там есть плазменные панели, можно смотреть балет и сериалы

    Фотография: Кадр из фильма

  • Что вы думаете дальше снимать?
  • У меня куча планов. Я хочу снять серию фильмов про неврозы — про людей с паническими атаками, посттравматическим синдромом, пищевыми расстройствами. Про жертв семейного насилия. Я не работаю по найму и по заказу. Мне никто не говорит, что и как мне снимать, и я делаю что хочу. Рождается идея, и я нахожу на нее финансирование. В этих трех фильмах про сирот (фильм «Мама, я убью тебя» — это первый фильм цикла о сиротах, есть еще два кино) мне помогал Благотворительный фонд Владимира Смирнова. Кроме того, обычные люди дают деньги на новый фильм на краудфандинговой платформе Planeta.ru (фильм «Васька» — про мальчика, которого система признала недееспособным, — а теперь он учится в московском вузе и работает поваром в одном из лучших ресторанов города; помочь проекту можно тут. —Прим.ред.). Миша Алдашин, известный художник-аниматор, часто мне помогает. Блогеры поддерживают. Про кино и сбор денег на следующий фильм написали Рустем (Адагамов. — Прим. ред.), Антон Носик, Максим Кононенко, Олег Кашин. Многие дали свои деньги.
  • А художественный фильм вам интересно было бы сделать?
  • Я об этом не думала. В ближайшее время не собираюсь.
  • Но в целом у вас какая главная мотивация социальное кино снимать?
  • Cнять фильм «Мама, я убью тебя» меня подтолкнуло ощущение, что дети лишены права выбора. За них все решили в 7 лет — будешь швеей, все, а ты будешь маляром. Вообще, меня безумно возмущает, когда человека лишают выбора: мне сразу хочется все взорвать. Не должны какие-то дяди за него в семь лет решать, что он будет швеей. Видимо, документальные фильмы с некоей социальной миссией — моя профессия. Главное, не скатиться в проповедь. У меня в группе барабанщик был —протестантский пастор. Вот у него была такая компетенция. Он умеет проповедовать, а я нет.

Сверху

www.atroshenko.by - раскрутка сайтов в спб